Из серии “Монологи русских за границей”

imageРассказ молдованина Мойши

Да не смотрите на меня так, я не еврей, а всего лишь молдаванин, немного разговаривающий на иврите. Ну, и еще на некоторых языках. Так уж вышло… за счет несостоявшегося детства. Ну, какой, скажите, нормальный ребенок захочет учить французский, немецкий, итальянский и испанский одновременно, и это помимо обязательного русского и молдавского? И плюс ко всему еще ходить в музыкальную школу?.. А все оттого, что мой папа — полковник госбезопасности, а мама – преподаватель в аспирантуре. Такой союз не проходит даром– детство пало на плахе искусства. Посмотрите, что из этого вышло: мне еще нет и тридцати, а я уже толстый и лысый. И еще хорошо, что выпадают волосы, а не зубы…

Что делаю здесь, на чужбине? Не забывайте, что я молдаванин. А молдаване рождаются в Кишиневе, чтобы потом уехать жить за границу. Чужбины как таковой для нас просто не существует. А существуют страны, в которых жить можно, и другие, в которых жить хорошо. Мне, например, очень жилось хорошо в Швейцарии. Что я делал в Швейцарии?

Морочил головы богатеньких женщин за их собственный счет…

Я же музыкант, сак-со-фо-нист! Чувствуете, сколько секса в этом вычурном слове? Когда я играл в ресторанах Женевы, с округи сбегались озобоченные бизнеследи, ибо моя музыка будила в них Женщину! А после банальное: музыка, вино, постель…Подарки. Я же человек искусства, принято дарить подарки!.. Но однажды попал на такую: потею, стараюсь, а ей хоть бы хны, только облизывается. Что ж, думаю, держись. И такое показал, о чем только от друзей слышал. На следующий день она прикатила опять на своем «шестисотом». Ресторан, музыка, вино, «Мерседес». Музыка, вино, лужайка в саду ее загородной виллы. Через неделю я имел мешки под глазами и нездоровую тягу к алкоголю. Дышал через раз, жизненные силы ослабли. Саксофон видеть не мог. Еще день – и верная смерть! Нужно было срочно бежать! А куда убежишь в стране, где сосед на южной границе с соседом на северной без телефона переговаривается? Пришлось ретироваться из Швейцарии во Францию. Но для меня Франции, кроме Лазурного берега, не существует…

По прибытии первое время жил как нормальный человек, в отеле с ванной. Для себя решил, что довольно уже охмурять озабоченных иностранок, нужно просто официально заключить с особой «икс» фиктивный брак. Стал оглядываться.

Вы же знаете Ниццу! Стоило мне выйти на «Променад Англе», встретил русских. Не отдыхающих, конечно, а местных. Отдыхающие русские, те за три версты блестят бритыми затылками и цепями на шее. Нет, это были «старые» русские. Пообщались. Я же в Швейцарии три года только на немецком, французском и итальянском. А русский для меня, что молдавский — родная речь. Обмолвился, что никаких денег за удачную женитьбу не жалко. И после этого свахи сами стали ходить…

Знаете, есть подле Ниццы замок, живут там одни русскоязычные. Выкупили они его или так захватили, врать не стану, не знаю. И вот выползла из этого замка сухая такая ящерица, которая обещала все устроить. Встретились мы с ней, она представилась знающим человеком. Первым делом достала блокнот и заявляет, что, извините, мол, я бывший журналист-международник, привыкла все записывать, так удобнее… Правда, единственное, что она записала за время разговора, это «в рассрочку». Да не важно. Взяли кофе. Объясняю, что хотелось бы найти кандидатуру для заключения фиктивного брака с целью получения французских документов…А она мне:

— Это трудно, почти невозможно. Вдруг ваша «супруга» вас обманет… Вот если бы вы сдались не «азюль», я всего за десять тысяч долларов помогла бы вам подготовить документы, переводы, справки там разные, знаете. Хорошо бы получилось по еврейской линии…

А у самой глаза аж позеленели, как она стала про доллары говорить. Шарит, шарит по карманам, сигареты ищет. Тоже мне старушка, божий одуванчик. Ей бы кляузы писать, а она аферами занимается. Видно, не было у нее папы-кегебешника. Кто же так перед клиентом в ответственный момент елозит?

— Что, — говорю, — вы ко мне с этим «азюлем» цепляетесь. Я же невесту ищу, а не политического убежища.

Грымзачка поблекла сразу и стала собираться. Вы, — говорит, — клиент не мой. Ясно, что не ее, я таких мелких жуликов давно перерос.

— А откуда вы родом? – на дорожку интересуюсь.

— Из Одессы…

И стало мне понятно, кто из меня еврея делает. Одесса – это же город-побратим Кишинева.

Уехал из Ниццы. Путешествую. Играю по кабакам, где придется. И хочу, но все не решаюсь вернуться в дорогую моему сердцу Швейцарию. Знаете, в чем разница между Швейцарией и Францией? Во Франции шахтеров и хирургов больше, чем нормальных. Кто такие шахтеры? А вы оглянитесь по сторонам и сразу увидите, с кого еще угольная чернота не сошла. Причем если в каждой шахтерской семье в среднем рождается по десять шахтерчиков, то через десять лет во Франции нормальных уже не останется, будут одни шахтеры.

Хирурги, надеюсь, понятно? Они же в халатах ходят, на своей арабской латыне лопочут и, чуть что, сразу за скальпели хватаются. Аппендицит на ходу вырежут.
В Швейцарии же все нормальные, все евреи. А евреи, знаете, плохо жить просто не умеют.

Ох, не спрашивайте меня, чем сейчас занимается мой папа-полковник и мама с ученой степенью? Шапки шьют. Потому как больше в Кишиневе штирлицы и академики не в моде. Кто с голода не умер, на рынке стоят. И дипломы свои красные под прилавок подкладывают, чтобы не шатался. Вот так…