Колдун

(1996)image— Осторожней, когда будешь идти домой, – сказала она, одеваясь, – Отец говорит, что колдун ходит где-то поблизости. Собаки поэтому нехорошо воют.

— Говорят, перед смертью колдун ищет, кому передать силу.

— Да, и горе тому, кого он встретит.

— Почему же горе? Ведь именно в это время он не отбирает, а дает. А быть колдуном совсем не плохо. Захотел кушать – съешь кого хочешь. Захотел женщину, – Гойко посмотрел на Иванку, – приди к ней в виде ее друга, и она тебе сама все отдаст.

— Ты пугаешь меня, Гойко. Ты говоришь, как Радко. Он тоже обещал когда-нибудь придти ко мне в твоем облике.

— Вот как? – он обернулся, и к ужасу Иванки начал меняться. Нос сгорбился, волосы и глаза потемнели, на щеке проступил уродливый шрам. Через несколько мгновений перед ней стоял сам Радко.

— Значит, ты нашел колдуна?.. – она не могла поверить глазам, – И ты думаешь, что овладел мной?! Ты имел только тело…

Иванка осенила его крестом, но Радко лишь рассмеялся:
— Ты слишком наслушалась своего отца-священника. Кресты на нас не действуют. А насчет тела, пусть так. Я взял, что хотел… Чего слишком долго хотел. И что он имел… За красивую морду.

— Ты ничего не понимаешь, – Иванка хотела возразить, но не знала как, – Я бы пошла за ним на край света. И даже на тот свет.

— А это можно устроить, – Радко почувствовал, как комок злобы начал подниматься в его уже нечеловеческом сердце.

Шум приближающейся толпы прервал их спор. Радко выглянул. Казалось, добрая половина селения шла к их сараю. Кто с факелом, кто с вилами, кто с рогатиной, кто с собакой. Собаки жалобно скулили.

— Проклятье, – выругался Радко, как показалось Иванке, слишком спокойно, – Кажется, меня выследили. А вон и настоящий Гойко…

И действительно, впереди толпы шел ее милый, которому кто-то из детворы успел донести, как он с Иванкой уже отправился к заброшенной кузне.
Толпа обступала сарай, и Радко, снова меняя облик, бросился прямо в ее гущу.

***

И когда люди расступилась, открыв лунному лику растерзанное тело Гойко, из сарая вышла Иванка. Затуманенным взором она обвела собравшихся, пока взгляд ее не уперся в лежащее на земле тело. Она знала, что убили не того. Но люди не стали ее слушать.

— Она была с колдуном. И он сделал ее ведьмой, – вдруг закричал появившийся неизвестно откуда священник. – Их надо сжечь вместе! Она мне больше не дочь!

Толпа подхватила призыв, и вскоре сарай запылал, сокрыв в огне мертвого мужчину и живую женщину. И когда ее последний крик замер в ночи, к догорающему сараю подошел бледный старик, в котором селяне с трудом узнали своего священника. Он выглядел совсем не так, как минуту назад, и все повторял: «Где моя дочь?» Но молчание было ему ответом. Страшная догадка поразила людей как молния. Бросая вилы и факелы, они в ужасе побежали прочь от злополучного сарая, кто – пытаясь читать молитвы, кто – просто закрыв голову руками.
Радко поймал себя на мысли, что не чувствует к ним ни жалости, ни ненависти. Он просто шел домой.