ГЕРМАНИЯ: смена курса?

imageСамой колоритной улицей в Висбадене является Кирхгассе – главный городской променад, где запрещено движение транспорта, сосредоточены магазины, носящие бренды самых популярных торговых фирм. Здесь масса уютных заведений, манящих публику запахами традиционных немецких сосисок, соблазняющих прохожих фантастическими «архитектурными» формами мороженого, которое сноровисто подносят к столикам элегантные официанты и официантки, дарящие клиентам лучезарные улыбки. На этом «гассе» творят свой бизнес представители муз – музыканты, певцы, клоуны акробаты, дрессировщики с собачками и обезьянками, наряженными пиратами веселящими публику непристойными жестами. Совсем недавно в этой залитой июльским солнцем круговерти бизнеса развлечений я наблюдал сценку, характеризующую зыбкую условность того, что называется заумным словом «мониторинг» или, попросту говоря, «общественным мнением».
Под витриной роскошного бутика на раскладном стульчике сидел маленький древний старикашка в помятой фетровой шляпе, в таком же мятом пиджаке, в нечищеных туфлях, но под воротником его клетчатой рубашки ярко алел галстук-бабочка. Он изображал скрипача. Изображал, потому что на скрипке даже не было всех струн; звуки, которые извлекал смычок, являлись, конечно, не музыкой, а хрипло-скрипучим брюзжанием. По тому, как он держал скрипку, было понятно, что никогда раньше он даже не удосуживался посмотреть, как положено располагаться этому инструменту при игре. А буквально в пятнадцати метрах от него музицировало женское трио – арфа, ксилофон, флейта. Это были профессионалы: перед ними стояли пюпитры с нотами, одеты музыканты были в элегантные одинаковые сценические наряды. Около них останавливалась дефилирующая по «гассе» публика, слушала, награждала аплодисментами. А вот лежащий на тротуаре футляр из-под флейты наполнялся металлом монет далеко не щедро. Возле старикашки не было аплодисментов, народ просто останавливался на минутку, улыбался, а кто-то даже громко хихикал, но в его скрипичный футляр, уже почти наполненный деньгами, продолжали лететь монеты. Глядя на это, я подумал: всегда ли люди воздают по заслугам, точными ли с точки зрения истинной значимости ценности являются критерии результатов опросов социологических исследований по важнейшим вопросам жизни общества?
У меня эта уличная сцена ассоциировалась почему-то с событиями, имеющими сегодня место в большой политике ФРГ. В тот день, когда случились трагические взрывы в Лондоне, президент Германии Хорст Келлер сообщил гражданам страны, что он распустил Бундестаг назначил внеурочные выборы в парламент на 18 сентября. Сообщил об это президент лично, его выступление транслировалось по всем главным немецким телеканалам, прервавшим все трансляции из британской столицы.
Но надо по порядку.
Началось все с земельных выборов, на которых оппозиция начала теснить правящую красно-зеленую коалицию. А последнюю точку поставили результаты выборов в Северном Рейне-Вестфалии, где левые потерпели катастрофическое поражение. Значимость такого события заключается в том, что в этой земле почти сорок лет у власти находилась правящая нынче партия социал-демократов (СДПГ), в создании и разработке программ которой большую роль сыграл нынешний канцлер Герхард Шредер. Причиной перемен мнения избирателей явились неблагоприятная ситуация в правительстве, усугубляемая набирающим масштабы скандалом вокруг вице-канцлера министра иностранных дел Йошки Фишера из-за вскрытых фактов коррупции в ряде посольств ФРГ, стагнации экономики нарастающей безработицей. В этих условиях единственным шансом для Шредера сохранить необходимое большинство в собственных рядах для продолжения намеченных реформ явилась бы возможность досрочного проведения выборов. Для политика такого ранга, как нынешний канцлер, возможность продолжить намеченный курс в развитии страны – шанс не кануть в Лету политического небытия, доказать что его курс – верный, что нынешние сбои – это временные явления, имеющие право на существование при кардинальных новациях. Кроме того, есть основание полагать, что, прибегнув к такому шагу, Шредер надеется на то, что за оставшийся промежуток времени удастся хоть немного вернуть доверие избирателей.
Для реализации такого политического «маневра» Шредеру необходимо было добиться вотума недоверия парламента к его правительству, ибо тогда канцлер получил бы право распустить парламент,
назначить досрочные выборы. И эта политическая игра в «нет» в «недоверие» сильно напоминает красный галстук-бабочку на имитирующем скрипача старичке на висбаденском гассе, которая была удачным пиаром, способствовавшим пополнению бюджета «музыканта».
Конечно, в действиях канцлера был немалый риск. Дело в том, что «левые уклонисты» в рядах социал-демократов – а таковых там немало – не доверяли президенту, который пришел на этот пост из рядов оппозиции — христианских демократов (ХДС), в период ожидания решения канцлера произносили речи, весьма недружественные по отношению к «верховному жрецу» страны. Интересно, что Шредер не пытался урезонить своих разбушевавшихся коллег по партии. Но честность, видимо, действительно относится к числу тех качеств, которые избиратели реже всего связывают с
политиками. Сегодня многие обозреватели и в первую очередь, приверженцы оппозиции, тоже ругают президента, обвиняя его в сговоре со Шредером. Может быть, это действительно так, ведь Келлер является противником глобализации и часто бичует капитализм. «Глобализация — наша реальность, — заявляет он, — но она может превратиться в монстра». В этих вопросах он ближе всего сходится со Шредером. Как бы там ни было, зеленый свет досрочным выборам уже включен, и критика в адрес Келлера ничего не решает.
Как же оцениваются сегодня шансы сторон на предстоящих выборах ведущими аналитиками ФРГ? Похоже, что в поражении правящей коалиции красно-зеленых никто не сомневается. Аналитики считают, что консервативный блок ХДС/ХСС получит не менее 45 % голосов, блокирующаяся ними либерально-демократическая партия – от 7 до 9 %, что в сумме будет составлять абсолютное большинство. Позиция христианских демократов усиливается еще тем, что их кандидатом на пост главы правительства названа женщина – Ангела Меркель. При победе оппозиции Меркель станет первой женщиной-канцлером в истории страны, а это увеличит количество голосов женщин-избирательниц. Кроме того, кандидатура председателя ХДС важна тем, что Меркель – из бывшей ГДР, а значит, ей гарантирована поддержка избирателей восточных районов Германии.
Для России возможная смена власти в Германии будет означать значительно больше, чем просто появление нового партнера. Ведь Герхард Шредер являлся доминантой той системы внешних связей со странами Западной Европы, которая сложилась за годы пребывания у власти Владимира Путина. Похоже, что уходом Шредера не ограничатся перестановки на постах лидеров других стран Европы, которыми российскому президенту удалось построить не просто партнерские, но и дружеские отношения. Это – итальянский премьер Сильвио Берлускони, французский президент Жак Ширак, которые тоже сегодня испытывают в своих странах большие проблемы.
Что привнесет в политику ФРГ Ангела Меркель, если она будет избрана главой правительства?
Хотя подходы христианского блока к внутригерманским проблемам к будущей внешней политике еще полны противоречий, но уже представленная на днях Ангелой Меркель избирательная программа и ряд ее заявлений дают возможность увидеть, по каким дорогам собирается повести страну «черная» коалиция.
Меркель не скрывает, что будет стремиться к более тесному союзу с США. Она неоднократно заявляла, что нынешнее руководство страны проявляет недопустимую склонность к критике Вашингтона, что в этом вопросе ФРГ при Шредере заходит даже дальше, чем Россия. Внешнеполитический эксперт фракции ХДС/ХСС Фридберг Пфлюгер заявил, что он положительно оценивает позицию кандидата в канцлеры от своего блока, заключающуюся в том, что Германия должна занять более жесткую позицию в отношении защиты прав человека в России. Недопустимыми, считают они, являются слишком близкие отношения Герхарда Шредера Владимира Путина, которые настораживают поляков, прибалтов. Следует остановить, по их мнению, все более возрастающую зависимость страны от природных ресурсов России. Но это, мягко говоря, не совсем так. Сейчас Россия поставляет Германии около 40% энергоносителей, остальное ФРГ получает из Венесуэлы, Норвегии, Кувейта. Экономисты ХДС считают, что в течение трех лет можно полностью переориентировать немецкий рынок на потребление энергоносителей из названных стран, а также из Алжира Саудовской Аравии. Меркель видит важный фактор уменьшения энергозависимости в дальнейшем увеличении количества атомных электростанций. Их строительство было приостановлено по настоянию «зеленых». Правительство Шредера даже намеривалось начать сворачивание атомной энергетики, нацеливаясь на развитие технологий строительство альтернативных экологически безопасных источников, что, одновременно, способствовало бы увеличению рабочих мест. Сегодня в Германии 17 действующих АЭС, но их количество, считают в ХДС, должно быть к 2010 году увеличено еще как минимум на 5 – 6 станций.
Кандидат на пост нового канцлера часто в своей политической карьере демонстрировала бескомпромиссность в выборе мер для достижения своих целей. Ей сейчас пятьдесят лет, для своего возраста она достигла многого. Ее детство юность прошли в коммунистической части Германии, в городе Лейпциге. Здесь она окончила университет, защитила диплом по специальности «ядерная физика», защитила кандидатскую диссертацию. А ее неплохой русский подтверждает неофициальную информацию о том, что эту ученую степень она защищала в столице советской ядерной физики, городе Курчатове.
После объединения Германии Меркель вступает в ХДС, ее замечает Гельмут Колль, который, по мнению осведомленных, рассчитывал сделать из подающей надежды Ангелы «ручную управляемую». Однако Меркель, смело вступая в дискуссионные перепалки со своим патроном, начинает набирать авторитет среди коллег по партии,
добирается до поста генерального секретаря ХДС. Дальше – больше: она инициирует «дело о черной кассе» — скандал, который лишает Колля всех его постов. В 2000 году Меркель, оттерев в сторону Вольфганга Шойбле – наиболее реального преемника Колля, получает главный партийный пост – становится председателем ХДС. Причиной закрепившейся за ней в ее партии клички «черная вдова» стали не только два ее развода, происшедшие по ее инициативе, но тот факт, что, будучи главой партии, она успешно убрала с «шахматной доски» шестерых коллег, претендовавших на главный партийный трон.
Похоже, что, взойдя на пост канцлера, Ангеле Меркель все же придется ограничить свое безраздельное господство присутствием рядом такой значительной политической фигуры мужского рода, каковой является Эдмунд Штойбер – нынешний премьер Баварии шеф ХСС. Он еще не высказал своего согласия перебраться в Берлин, но в случае его согласия ему гарантирован пост министра иностранных дел вице-канцлера, либо главы таких важнейших доля страны ведомств, как министерства экономики, финансов или трудоустройства. «Черной вдове» нужны его авторитет, высокая компетентность, знания в области экономики финансов. Находясь 12 лет у руководства Баварией, Штойбер вывел эту землю на самые передовые позиции в стране. Он обладает талантом доходчиво объяснять людям необходимость непопулярных реформ, осуществив которые, он сумел свести безработицу в Баварии почти до минимума, существенно повысить оплату труда. Но есть аргументы, которые могут стать причиной отказа Штойбера войти в кабинет нового канцлера. Если он будет возглавлять экономические министерства, то с присущей ему решительностью Штойбер станет проводить необходимые, но непопулярные реформы, что сделает его самой уязвимой фигурой в кабинете министров. Кроме того, недовольство и критика в его адрес станут, несомненно, переноситься на ХСС, чем будут подорваны перспективы его партии на выборах в 2008 году.
В непростых сегодняшних условиях политической борьбы раздаются голоса, в том числе, из глубин той же СДПГ, что канцлеру Шредеру лучше было бы не затевать этой «рокировки» «вотумом недоверия», а подать в отставку. Вряд ли это верно. Герхард Шредер остается главным и единственным кандидатом на пост главы правительства от СДПГ. У него нет сегодня соперников по популярности и авторитету в партии. Некоторые аналитики рассматривают возможность вхождения Шредера в кабинет Меркель на пост министра иностранных дел вице-канцлера. Но, скорее всего, это нереальный вариант из-за слишком большой разницы во взглядах на пути вывода страны из кризиса и приоритеты во внешней политике. Да, политическая практика в ФРГ не знала еще случая, чтобы за стол второго по значимости поста в кабинете правительства садился представитель оппозиции. Ибо, если красно-зеленые проиграют предстоящие выборы, наступит их очередь играть роль оппозиции действующей власти. Но в любом случае, добровольный уход Гельмута Шредера в отставку был бы политической капитуляцией и исключил бы возможность его участия в последующей борьбе.