Им нужно наше внимание!

Самая большая беда на свете – когда болен твой ребенок.

На одних это несчастье наводит ступор, отчаяние и безысходность. Другие берут себя в руки, круто меняют жизнь, подчинив ее борьбе с недугом. Самые частые герои моих материалов – женщины, которые не падают духом, достойно преодолевают трудности и в других вдыхают надежду и оптимизм. Они не ноют, не прибедняются, продолжают оставаться привлекательными, доброжелательными, эрудированными.
Такой оказалась и Сильвия Генова. Болгарка с милой внешностью, грамотной речью и искрами в глазах с энтузиазмом и страстью рассказала о своем театре для неслышащих детей в Австрии.

По образованию актриса /закончила ВИТИЗ в Софии/, Сильвия родила дочь в 33 года. Окрыленная долгожданным счастьем, мама не сразу обратила внимание на нетипичное поведение малышки. Когда Евгении исполнилось 2 года, врачи подтвердили: девочка не слышит.

Мы, „нормальные”, часто бываем жестоки и нетактичны:”слепой”, „глухой”, „немой”. Люди с недугами предпочитают, чтобы их называли „незрячими”, „неслышащими” и „не умеющими говорить”. Верно, что зорко одно лишь сердце, нам следует бережнее относиться к окружающим, особенно к тем, что живут иной жизнью.

В Софии в годы социализма мудрыми руководителями страны было выделено несколько панельных блоков для незрячих. С виду – доброе дело, а по сути – гетто для беспомощных, предоставленных самим себе инвалидов. Это мы можем сбегать к соседке за пресловутой солью или одолжить молоток на полчаса. В доме для слепых соседи – тоже слепые. А за молотком, иголкой, ножницами надо ехать в центр города, потому что в микрорайоне слепых нет магазинов для слепых. Несимпатичных сограждан выселили в отдаленный квартал, „с глаз долой – из сердца вон”, и будто бы нет на свете этих несчастных. Хотя в разных местах столицы их можно увидеть – или молча застывших у перехода, держащих в руках баночку с прорезью /догадываетесь, почему с узкой щелью?/. Или по-брейгелевски бредущих друг за другом с аккордеоном и гитарой наперевес – поют они замечательно, репертуар богат и качествен.

Среди неслышащих выделяют несколько групп: не слышат совсем, с рождения или в результате травмы /болезни/. Слабо слышащие – люди, которые способны изобразить звук. Что мы знаем о них? Что есть слуховые аппараты – повешенные за ухом, они делают слово, мелодию ближе, это облегчает усилия при получении сигнала и делают более вероятной возможность ответа. Ни тем, ни другим не надо кричать, лучше, приблизившись к лицу, четкой артикуляцией повторить фразу.
Медицина не стоит на месте, сейчас с помощью операции можно встроить в кожу за ухом маленький чип, он — то же самое, что для близоруких – линзы: никто не видит, а жизнь облегчается. Названный именем Коха – доктора, занимавшимися этими проблемами, имплантант уже производится и в Болгарии. На операцию /ее оплату берет на себя Здравна каса/ есть очередь, но даже она не пугает людей, одержимых верой в исцеление. Можно подождать, главное – не терять надежду. А слышать, видеть, петь, танцевать, любить и быть любимым хочет каждый человек.

В несколько заходов я пыталась выяснить у Сильвии, как ей пришло в голову, как хватило сил и терпения заниматься в театре с такими детьми – и на здоровых у родителей и педагогов не хватает времени! Но она уводила разговор от своей персоны – главным было привлечь внимание общественности и каждого конкретного человека к детям, у которых проблемы со слухом.

„Им нужно только внимание! Ежедневное, ежечасное, от каждого из нас! В несколько раз чаще повторенное слово, поглаженная головка и обязательно, обязательно – похвала за самый маленький успех!

Я сама пишу сценарий, подбираю музыку, репетирую с детьми школьного возраста и слежу за тем, чтобы в одном номере участвовали ребята с разной степенью потери слуха, тогда тот, кому хуже всего, чувствует себя равной другим звездой, талантливым артистом!

Когда приходят записываться в наш театральный кружок /все же основным занятием остается школа/, я сразу вижу – кто для пения, кто для танцев больше подходит. Все-таки 10 лет опыта. Одинаково серьезно подходят к своей роли и „массовка”, и бэк-вокал. А еще вспоминаю, как сначала родители – среди них австрийцы, румыны, китайцы – скептично поджимали губы:”Нет, нет, у вас ничего не выйдет!” А потом на спектакле все вместе праздновали триумф.
Конечно, мне нужны союзники. Дома – родители, в школе – педагоги, общественные и государственные организации. Из нашего поля зрения, согласитесь, выпали дети в неравнозначном положении. А они – не глупее, не хуже, не слабее нас – такие же, в чем-то даже лучше. Хватаются за любую трудность, справляются с ней, чтобы почувствовать себя великими – разве все мы не так же устроены?

Конечно, нелегко. Да разве об этом речь? Мы ставим спектакли не для того, чтобы вызвать брезгливую жалость, а, наоборот, восторг от того, как много наши дети могут! Но за этим – тысячи часов репитиций, творческих поисков, стимулов, муштры.

Не скрою, что в Австрии некоторые вопросы решать легче. Вопреки тезисам, что нам внушали с детства, именно на Западе гораздо сильнее развиты коллективизм и взаимопомощь. Несложно в предрождественские дни собрать с граждан даже очень скромного достатка по 1 евро для деятельности нашего театра – но потом дарители желают увидеть постановку, с удовольствием посещают спектакль. Королевская опера охотно помогает нам – зал, декорации, костюмы, билеты, все бесплатно. Культурные отделы – наши активные спонсоры и приятели – есть и в городской общине, и в президентстве.

В зале обычно есть зрители с проблемами слуха, для них на авансцене всегда стоит сурдопереводчик. А после спектакля учителя и родители заставляют детей выразить свои впечатления в рисунках, и у нас уже целые папки с такими „рецензиями”.

Не скрою, мне пришлось многому учиться – психологии, основам медицины, педагогике. Но моим неизменным орудием остается система Станиславского. Невероятно, как наука и любовь к детям помогают создавать искусство!”

Сильвия умалчивает о своей дочери, а Евгении уже 18 лет, девочка владеет 4 языками, отлично учится, после школы решила заняться биологией. А сколько у нее наград и званий за участие в конкурсах музыки и танцев! Родители явно гордятся дочерью, которая – теперь это ясно – не усложнила, а обогатила жизнь семьи.

„А многие матери комплексуют, стыдятся и прячут своих детей, если у них проблемы со здоровьем. Это в корне неправильно! Дети проживут ту жизнь, на какую мы их настроим”.

Сама мама взрослой дочери – энергичная, модно одета, не выйдет из дома без маникюра. Не захотелось ли вам подтянуться, мамы „нормальных”, здоровых детей?!

Спрашиваю у Сильвии, как же я, мои дети, как все мы конкретно можем быть полезными неслышащим детям – ведь их не так явно увидишь на улице, в парке, в автобусе. Женщина – энтузиаст согласна, что найти друг друга – чуть ли не самая трудная задача. Но кто ищет – находит. „Помощь – во внимании”-, упорно повторяет актриса и режиссер необычного театра.

Как же это нелегко – отвлечься от собственных забот и невзгод, оглядеться и найти того, кому гораздо труднее, протянуть ему руку и, приблизившись к его лицу, четкой артикуляцией произнести фразу.